Есть ли перспективы фондирования малого и среднего предпринимательства со стороны банков?

     

    Кредитование малых и средних предприятий (далее — предприятия МСБ) со стороны банковской системы всегда было не очень удобно для банкиров. Соответственно, менее 16% таких предприятий обращалось за кредитами в банки. В основном предприниматели используют ранее сделанные накопления или ссуды частных лиц, как правило, под ростовщические проценты, поскольку риск их невозврата очень велик. Но только торговые предприятия в рознице способны потянуть грабительские проценты. Тем не менее за четверть века экономическая история привела к тому, что порядка 19 миллионов человек заняты на предприятиях МСБ. А это практически треть трудоспособных граждан, которые сами создали для себя экономическую и финансовую среду, но для масштабирования бизнеса не в состоянии получить кредит в банке на рыночных условиях.

    Почему банки все неохотнее кредитуют предприятия МСБ, особенно те из них, которые существуют в форме ООО? Даже если предоставляется залог? Например потому, что такие кредиты вызывают повышенный интерес со стороны Центрального банка, но прежде всего из-за большого уровня резерва, напрямую корреспондирующего со счетом расходов.

    Какова природа такого отношения к мелким предприятиям в форме ООО? Она не столько в самих банках, сколько в требованиях регулятора.

    Уже лет 15 идет борьба с так называемыми фирмами-«однодневками», которые в 100% случаев являются обществами с ограниченной ответственностью.

    С помощью этих фирм теневые банкиры обналичивают денежные средства, выводят средства за рубеж, уклоняются от налогов или возмещают НДС из бюджета, что уже само по себе является крайней формой криминальной деятельности, поскольку идет прямое хищение бюджетных средств.

    Множество дельцов, специализирующихся на регистрации для третьих лиц подобных фирм, еще не так давно предоставляли и номинальных руководителей для учредителей и директоров, а также помогали открывать счета в банках и, непосредственно получив средства интернет-банка дистанционно, за отдельную плату оказывали приобретателям таких фирм услуги по прогону денежных средств через расчетные счета. Такие фирмы-«однодневки» функционировали до трех-четырех месяцев, а потом надо было вовремя прекращать эти операции и переводить фирму в другой регион, где опять же отлажены схемы ликвидации ООО. Несколько лет назад в Новосибирске было громкое уголовное дело по одной из групп теневых банкиров, которые, впрочем, отделались легким испугом, условными сроками, а главарь еще и потерей статуса адвоката. Аналогичные деятели сначала испугались, а затем, как и следовало ожидать, изменили схемы работы и подняли цены на подобные услуги, поскольку платежеспособный спрос все эти годы только рос.

    Однако масштабы этой теневой деятельности сегодня уже достигли таких размеров, что серьезно влияют на макроэкономику вкупе с коррупцией и организованной преступностью и ставят под угрозу будущее государства.

    Вот и началось обострение борьбы с этим многоглавым Змеем Горынычем. Однако же, как бы нам опять «с водой младенца не выплеснуть».

    Ведь основной нормативный документ Центрального банка по резервам за посткризисное время был доработан так, что большинство нуждающихся в фондировании малых и средних предприятий в форме ООО уже сегодня могут быть профондированы банками только под резерв от 50% и выше.

    На практике это означает сворачивание банками своих и до того небольших лимитов на кредитование малых и средних предприятий.

    Поскольку каждое второе юрлицо в России не имеет признаков реальной деятельности, периодически «просыпаясь» для прогона денежных средств, то ко всему прочему в основной нормативный документ по регулированию рисков — положение 254-П добавились признаки юридического лица, не осуществляющего хозяйственную деятельность.

    Формальное применение этих признаков банками при принятии решения о кредитовании для большинства предприятий МСБ становятся стоп-сигналом, так как переходящий остаток по резервам будет существенно ухудшать финансовые показатели банка.

    В то же время мы переживаем интереснейший период, когда выросло поколение, уже привыкшее надеяться только на себя, не доверяющее ни государственному, ни муниципальному чиновничеству, не рассчитывающее на коррупционный кусок бюджетного пирога от выгодных контрактов с госорганами, но, напротив, стремящееся напрямую оказывать услуги и поставку товаров непосредственно населению и крупным корпорациям и мечтающее о независимости от произвола отдельных недобросовесных налоговиков и правоохранителей, воспринимающих свою работу как право на кормление населения. Страну ждет продолжение роста самозанятости населения, поскольку, кроме всего прочего, все большее количество предприятий крупного бизнеса, госпредприятий передают непрофильные функции на аутсорсинг предприятиям малого и среднего бизнеса и даже отдельным предпринимателям-фрилансерам. Иногда это тоже «свои», но все больше и чаще это те, кто реально, а не на бумаге может предложить услуги с лучшим качеством и дешевле. Также я вижу, как все большее количество офисных штатных сотрудников переходит из трудовых отношений на гражданско-правовые договоры, работая уже как фрилансер. Услуги, штучное и мелкосерийное производство как раз являются основой аутсорсинга для одной стороны и фрилансерства для другой.

    Это теперь уже массовое движение требует юридических форм. Самая популярная из них — по-прежнему общество с ограниченной ответственностью.

    На смену массовости фирм-«однодневок», которые являются следствием коррупции в преимущественно госкапиталистических крупных и средних предприятиях, приходит массовость средних, малых и микрофирм как способ легализации самозанятости населения.

    Но раз так, и большинство «ОООшек» — реально работающие предприятия, почему же признаки реальности деятельности потенциального заемщика от Центрального банка выводят основную массу предприятий МСБ за скобки банковского кредитования?

    А вот почему. Среда, в которой современный предприниматель-нежулик вынужден работать, меняется гораздо медленнее. Поэтому предприниматели из числа МСБ, не имеющие административного ресурса во властных системах, минимизируют свои имущественные и личные риски.

    Происходит это путем создания пула внешне не имеющих формальных признаков связанности юридических лиц, как правило, в форме обществ с ограниченной ответственностью. Поэтому для банка не может быть показана группа, чтобы он смог рассмотреть совокупность предприятий в целях установления реальности деятельности. Средства производства числятся за одной организацией, работники — за другой, денежные потоки, требования и обязательства — за третьей, четвертой и так далее. Директора в таких ООО где-то сами владельцы, а где-то полумифические номинальные персонажи из числа студентов, бомжей, стариков. Это зависит от роли фирмы в системе этой неформальной группы.

    Таким образом, будущие изменения в положение 254-П, направленные на стимулирование банков выявлять реальность деятельности заемщиков, не только не позволят это сделать, но и ухудшат текущую ситуацию с кредитованием предприятий МСБ. А выявленные по предложенным признакам даже уже имеющиеся заемщики должны быть реклассифицированы не выше, чем в третью категорию качества.

    Скорее всего, в ближайшие годы в этом секторе ничего не изменится в лучшую сторону. Поэтому проблему фондирования на расширение деятельности предприятий МСБ необходимо и можно системно решать за пределами банковской системы.

    Смотрите, что происходит с потребительским кредитованием. Нетрудно заметить, что параллельно с банковским потребительским кредитованием за последние два года расцвела целая отрасль выдачи ссуд населению микрофинансовыми организациями. К сожалению, практическая бесконтрольность приведет эту отрасль к скорейшему кризису, но пока мы наблюдаем все новые стартапы, иногда в самой маргинальной форме ростовщичества, помноженные на современные сетевые технологии. Тем не менее давление Центрального банка на банковское кредитование в этом году приведет к еще большему росту в секторе небанковского потребительского кредитования.

    Предполагаю, что на очереди создание больших систем небанковского кредитования предприятий МСБ. Фактически они уже существуют под крышами региональных органов власти, выдавая ссуды из бюджетных фондов коммерческим структурам под небольшой процент, но одному богу известно, кто эти фонды в итоге получает, в каких объемах и как потом возвращает. Статистики и раскрытия информации от этих структур в открытом доступе нет. Но я говорю не об этих бюджетных кормушках, а о действительно коммерческих небанковских проектах, которые могут теперь вырасти из нынешних лизинговых и факторинговых компаний, большинство из которых, кстати, входят в банковские группы и от них получают фондирование для расширения своего бизнеса. Следующий и логичный шаг — это появление сегмента в их деятельности выдачи ссуд предприятиям МСБ как под залог, так и без него.

    Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
    Подписывайтесь на канал «Континент Сибирь» в Telegram, чтобы первыми узнавать о ключевых событиях в деловых и властных кругах региона. Для корректной работы приложения требуется выключить в настройках in app browser.
     КОММЕНТИРОВАТЬ
     

    НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

    ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ