На пути диалога

Что бизнес и власть ждут друг от друга в вопросах развития цифровой экономики?

Тема цифровой экономики последние месяцы все более активно затрагивается на самых разных уровнях. Но что конкретно она собой представляет, что для нее требуется и чего от нее можно и нужно ожидать? Своим мнением по этим вопросам обменялись представители власти и бизнеса Новосибирской области.

 Что собой представляет цифровая экономика?

Напомним, что в конце июля текущего года правительство РФ утвердило программу «Цифровая экономика» (ЦЭ). Ее целью является системное развитие и внедрение цифровых технологий во всех областях жизни до 2024 года. В конце октября в Новосибирске прошел круглый стол, посвященный программе. Его организатором выступило московское специализированное издание Comnews.

Прежде всего, как отметил главный редактор московского журнала «Стандарт» Леонид Коник, сама программа ЦЭ не несет в себе четкого прямого определения, что должна представлять собой цифровая экономика. В контексте указано лишь то, что данные в цифровой форме становятся ключевым фактором производства. Но общего единого определения ЦЭ на текущий момент нет.

Начальник департамента связи и информатизации мэрии города Новосибирска Александр Горнштейн напомнил о том, что впервые указанный термин прозвучал в 1995 году в стенах Массачусетского технологического института. И определение у него было: автор-экономист предполагал под ЦЭ цифровую часть жизни, дополняющей нашу реальность. Российская же программа представляет собой нечто намного более широкое.

«В нашем смысле цифровая экономика это углубленное внедрение цифровых инструментов для улучшения эффективности всех сторон экономической деятельности», — уточнил руководитель департамента информатизации и развития телекоммуникационных технологий Новосибирской области Анатолий Дюбанов.

От внедрения информационных технологий в различные направления реального сектора он ожидает прироста дохода от 18% до 40%. В первую очередь, по его мнению, в оптимизации нуждается производственный сегмент, второе место занимают логистика и обучение персонала, а также сектор R&D. Также он отметил, что на правительственном уровне уже готовится большой доклад, который должен ответить на вопрос, куда движется страна в цифровую эпоху.

«Сотрудничество с государством не может сводиться к разговору «У нас есть куча инструментов, дайте нам больше денег». Это еще и нормативная поддержка, и налоговая, и многие другие. У нас есть те, кто разрабатывает программы поддержки, и им нужно знать, кто в ней нуждается. Мы готовы выслушать всех», — заверил Анатолий Дюбанов.

Кто продвинулся дальше всех?

27_Alfa_Kurakulov
Директор по массовому бизнесу Новосибирского филиала Альфа-Банка Максим Куракулов

Со стороны бизнеса наибольших успехов в цифровизации, по мнению гостей встречи, достигла банковская сфера. Директор по массовому бизнесу Новосибирского филиала Альфа-Банка Максим Куракулов, отметил, что всего 8–10 лет назад средний и малый бизнес в основном использовал в работе бумажные поручения. Сейчас же порядка 99% операций может проходить в электронном виде. Следующий шаг — переход от десктопных к мобильным средствам ведения работы. Особенно широко, по его словам, эту возможность использует малый бизнес. Крупные игроки применяют ее для контроля платежей, бухгалтерских задач, управления. Также банки развивают и нефинансовые ИТ-сервисы, в частности CRM.

В государственном секторе роль хедлайнера досталась налоговикам. Елена Брагина и Дмитрий Снегирев, представлявшие новосибирское УФНС, отметили, что налоговая инспекция уделяет электронной составляющей все большее внимание. Тренд развивается, ФНС совершенствует работу, уже есть категории налогоплательщиков, которые по закону обязаны взаимодействовать в электронной форме. По программе АСК НДС-2 все, кто использует общую систему налогообложения, должны присылать декларации об НДС только в электронном виде. Это позволяет плательщикам НДС видеть друг друга, эффективно проверять контрагентов и отлавливать фирмы-«однодневки». Другой успешно внедренной налоговиками мерой стала система маркировки товаров — за прошедший год эффект от чипирования на рынке меховых изделий Елена Брагина назвала колоссальным: оборот вырос в семь раз, и рынок очистился от нелегалов.

Что касается закона о кассовой деятельности, все кассы с 2018 года должны автоматически отправлять отчетность в налоговый орган.

Что есть человек — главная составляющая или помеха?

«Мы должны исходить из того, что цифровая экономика и цифровые данные сами по себе ценности не имеют, — подчеркнул директор макрорегионального филиала «Сибирь» ПАО «Ростелеком» Николай Зенин. — Это всего лишь инструменты для повышения эффективности экономики, за которую мы и боремся. В моем понимании, с точки зрения бизнеса, степень цифровизации отрасли обратно пропорциональна степени участия в ней человеческого фактора — во всяком случае, в сфере телекома. По сути, все, что сегодня разрабатывается в сфере развития ЦЭ, так или иначе связано с тем, чтобы уменьшить даже не ручной труд, а само участие человека в деятельности той или иной отрасли. Автоматизированное производство, дистанционное обслуживание, система речевой аналитики, автоплатежи, беспилотные устройства — все нацелено именно на это. Некоторые технологии еще недостаточно развиты, но общий тренд именно такой: уберем человека откуда возможно, чтобы увеличить эффективность».

42_Zenin_Rostelekom_7849-696x385
Директор макрорегионального филиала «Сибирь» ПАО «Ростелеком» Николай Зенин

Он подчеркнул, что цифровизация является первичным фундаментом цифровой экономики, а значит, первым шагом на пути ее внедрения должно стать подключение всех, кого только можно. На данный момент доступ к широкополосному Интернету имеет около 75% населения России. Реализация программы по устранению цифрового неравенства (а также местных проектов того же направления) должно увеличить этот процент к началу 2020-х годов до 90–95%. Это Николай Зенин назвал первой, второй и третьей волнами цифровизации. Четвертая волна — перспективная, она включает в себя M2M-сервисы, где с машиной общается уже не человек, а другая машина, а также Internet of Things. И это, по его мнению, будет вершиной развития экономики.

Представители бизнеса в целом согласились с этим тезисом, но дополнили его тем, что ключевым шагом в цифровизации экономики должно стать сведение к возможной минимизации участия не человека, а человеческого фактора и связанных с ним ошибок — лени, забывчивости, халатности и так далее. В результате предприятие получит рост качества и выручки, а из конкурентоспособности предприятий складывается конкурентоспособность всей страны. Но сейчас, как отметил один из участников круглого стола Алексей Пашков, мы находимся в самом начале этого пути, и в цифровое пространство удалось перевести только отчетность, да и то результат пока оставляет желать лучшего: «Цифровые технологии пока не управляют бизнесом, и проблемы не в отсутствии инструментов, а в человеческом факторе, в том, что люди сами не готовы использовать имеющиеся инструменты», — подчеркнул он.

Достаточно актуальным в глазах участников дискуссии был вопрос образования: представители новосибирского НТЦ «Атлас» отметили, что образовательные программы в школах, колледжах и вузах сегодня не ориентированы на современные технологии. А переход к цифровой экономике означает смену представления об экономике вообще. Нужно говорить людям о том, какие возможности она открывает — не обязательно в прямо учебных программах.

Еще один вопрос, связанный с «фактором человека», поднял Анатолий Дюбанов. Ссылаясь на мировых экспертов, он напомнил о том, что любая автоматизация производства может вызвать рост безработицы, а в случае со строительством ЦЭ в России без работы может остаться людей почти столько же, сколько в результате Промышленной революции XVIII века. «До 50% современных рабочих мест во многих отраслях могут оказаться невостребованными в новой экономике с текущим уровнем знаний и подготовки, — констатировал Анатолий Дюбанов. — Нужны масштабные мероприятия по подготовке — и это должно быть увязано и со школой, и с высшим образованием. Нам надо развивать в первую очередь те специальности, которые будут востребованы в будущем».

Начальник департамента связи и информатизации мэрии города Новосибирска Александр Горнштейн

Александр Горнштейн предложил рассматривать эти два вопроса — повышение качество образования и борьбу с безработицей — комплексно. Он же подчеркнул, что движение в этом направлении ведется уже давно, и неправильно было бы считать, что до принятия программы «Цифровая экономика» все стояло на месте. «Сегодня у нас есть индустрия стандартизации, но нет стандартов. Чтобы подружить две техплатформы, нужно много усилий. Особого внимания требует подготовка инженеров — когда я сам учился, самый свежий учебник из тех, что мы использовали, был датирован 1987 годом. Пришло время разложить все по полкам. Ключевой фактор — человек, а не технологии. Человек сидит с обратной стороны экрана и не понимает, как эту технологию использовать. Мы должны это исправить», — отметил Александр Горнштейн.

Блокчейн — не панацея, а инструмент

Разумеется, говоря о цифровой экономике, нельзя не пройти мимо такой горячей темы, как криптовалюты. Мнения разошлись довольно широко, но в одном сошлись практически все: блокчейн и крипто нельзя рассматривать как вещь в себе, которая сможет заменить собой целые отрасли. Такое уже случилось во время «пузыря доткомов», когда интернет-технологии считались не инструментом, способным улучшить работу офлайн-ресурсов, а чем-то, что способно было заменить их полностью, а индекс NASDAQ в начале 2000 года пересек отметку в 5000 пунктов. Сейчас никто не рассматривает блокчейн как замену традиционным денежным системам, но и отказываться от использования крипто не предлагали. Максим Куракулов, например, назвал блокчейн следующим шагом в развитии банковского дела, который сможет значительно изменить ее работу.

Aa2jAruYL2s
Директор коммуникационного агентства SLAVA Вячеслав Богомолов. Фото: VK.COM

«Я вижу две стороны цифровой экономики. Хорошая ЦЭ — это когда я получаю возможность открыть юрлицо в течение дня. Плохая ЦЭ — это когда мы идем на курсы по обучению госзаказа, проходим месячное обучение и в конце понимаем, что заниматься этим не будем. Потому что там столько бюрократической возни, что никакие технологии не помогают против этой бюрократической машины. Напрочь пропадает желание участвовать в госзакупках и тендерах, — высказал свою точку зрения директор коммуникационного агентства SLAVA Вячеслав Богомолов. — Уже высказывалось мнение о том, что все, что связано с криптоденьгами, ICO — не что иное, как пирамида. Если кто-то имеет доступ к большим вычислительным мощностям и электроэнергии, то он может генерировать эти фантики, но если мы говорим о реальном секторе, то на сегодня инвестор, выкладывающийся в предприятие, находится в выигрышном положении, поскольку его ценные бумаги подкреплены материально. Если кто-то говорит, что предприниматель не думает о будущем… Предприниматель думает о том, как рассчитаться по кредитам, как оплатить аренду. С большим удовольствием они платили бы налоги, если система блокчейн позволяла отслеживать, куда идут заплаченные деньги. Если бы я понял, что конкретно на мои деньги отремонтируют, например, забор возле детского сада, так, на мой взгляд, было бы намного лучше».

«КС» приглашает читателей к дискуссии. Какого мнения о цифровой экономике и ее перспективах придерживаетесь вы? Оставляйте свои комментарии под текстом на портале KSONLINE.RU и в группах «КС» в Facebook и VK.

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Подписывайтесь на канал «Континент Сибирь» в Telegram, чтобы первыми узнавать о ключевых событиях в деловых и властных кругах региона. Для корректной работы приложения требуется выключить в настройках in app browser.
 КОММЕНТИРОВАТЬ
 

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ