«Нужно научиться производить не то, что ты хочешь, а то, что нужно рынку»

О том, каких результатов в первом полугодии 2017 года достиг регион в сельском хозяйстве, какую стратегию захода на зарубежные рынки нужно выбрать новосибирскому бизнесу в сфере АПК и какие проблемы сегодня стоят перед аграриями, рассказал в интервью «КС» министр сельского хозяйства Новосибирской области ВАСИЛИЙ ПРОНЬКИН.  

— Василий Андреевич, как вы оцениваете итоги первого полугодия в сельском хозяйстве региона? Удалось ли достичь желаемых результатов?

— Подводить итоги,  в том числе финансовые, сейчас пока рано: как говорится, цыплят по осени считают. Сегодня можно говорить только о той оперативной ситуации, которая сложилась в каждой из отраслей сельского хозяйства. Что касается животноводства, то, я считаю,  здесь мы достигли неплохих результатов. В этом году на зимовку уйдет 379 тыс. голов, это на 7 тыс. голов больше, чем в прошлом году. Стало больше на 4 тыс. фуражных коров мясного и молочного направлений. При этом отрадно, что упомянутые прибавки произошли не только в тех хозяйствах, которые у многих на слуху, нет. Сегодня 25 районов региона плюсуют по всем показателям животноводства по отношению к уровню предыдущего года. Пять из них отстают по количеству поголовья, два района — по надою на фуражную корову, и четыре района — по реализации молока.

Мы накормили корову

Приятно, что в молочном животноводстве мы реализовали почти на 24,5 тыс. тонн молока больше, чем в прошлом году. Много это или мало? Давайте умножим каждый литр из этой цифры на 23 рубля и поймем, что это свыше полумиллиарда рублей, которые поступили в кассу предприятий. Почему так произошло? Причину я уже называл ранее: это итоги решения той основной задачи, которая стояла перед животноводством — мы накормили корову. В прошлом году мы хорошо заготовили корма, и на сегодня в регионе насчитывается 21 кормовая единица без учета фуража. Если учитывать фураж, то это больше 31 кормовой единицы. Фактически мы создали условия для получения продуктивности в районе 5 тыс. кг на одну фуражную корову.

В мясном животноводстве мы добавили более 4 тыс. фуражных коров, тем самым создав базу для увеличения производства мяса говядины, а это как раз та тема, которая сегодня требует решения. Все-таки мясо говядины сейчас не настолько присутствует в рационе, сколько предписано санитарными нормами. Ее нишу занимают курятина и свинина.

— Это плохо все-таки?

— Я считаю, что это плохо, и думаю, что всего должно быть в разумных пределах: мясо мясу рознь. Если продолжать говорить об итогах в животноводстве, то стоит отметить, что в этом году у нас неплохо поработали свиноводы. В общественном животноводстве поголовье свиней на сегодня составляет 277,5 тыс. голов,  это на 19 тыс. голов больше, чем в прошлом году. Плюсуют наши сельхозпредприятия не только по общему поголовью птицы, но и по количеству кур-несушек,  сейчас их более 3 млн 600 тыс.

— А как обстоит дело с растениеводством?

— Сегодня убрано 45,5% посевных площадей. Урожайность составляет 19 центнеров с гектара. В прошлом году на эту дату было 17,7. Отрадно, что еще весной наши предприятия откликнулись на предложение регионального минсельхоза о необходимости диверсификации посевных площадей. В итоге в этом году мы посеяли более девяти тысяч гектаров сои, почти восемь тыс. га льна масличного, более 50 тыс. га рапса, мы добавили подсолнечника, мы посеяли кукурузу на зерно. Дело в том, что это высокомаржинальные культуры, поэтому в данном случае приятно осознавать, что мы более осмысленно стали понимать задачи, которые стоят перед сельским хозяйством: получить не только молоко и мясо, но и финансовый результат, который позволит крестьянину, в том числе, иметь достойную заработную плату. За прошлый год она составила около 19 960 рублей, и, на мой взгляд, это мало, учитывая, что в среднем по области оплата в 2016 году находилась на отметке  30 тыс. рублей. Есть районы, в которых зарплата в сельском хозяйстве составляет и 9, и 12 тысяч рублей. К сожалению, в этом году заработная плата приросла несильно, на следующее полугодие мы ожидаем рост порядка 4%. Эти результаты нас не устраивают.

— Василий Андреевич, в этом году также изменился подход  к оказанию мер господдержки сельхозпредприятиям. Как вы  оцениваете результаты?

— Все новое всегда рождается в боли. Когда субсидирование льготных кредитов легло на плечи минсельхоза РФ, произошла централизация, которая, на мой взгляд, сработала не так, как мы все ожидали. Где-то произошло не совсем качественное исполнение работы со всех сторон: и со стороны минсельхоза РФ, и у нас на местах.

Новый подход к оказанию господдержки повлиял на инвестиционную активность

Почему? Потому что это отразилось на инвестиционной активности. Все-таки тот поток вложений, который ежегодно вливался в сельское хозяйство, снизился, я не говорю о крупных инвестпроектах. Речь о тех проектах, которые касаются машинно-технологического переоснащения. Если в прошлом году мы обновили машинно-тракторный парк на сумму в объеме 2,4 млрд рублей, то в этом году мы ожидаем, что финансовая активность несколько снизится. На сколько, не могу сказать, но по предварительным данным сумма составит порядка 1 млн 902 тыс. рублей.

Я говорю об этом с таким сожалением, потому что от старения основных фондов  страдают энергооснащенность и энерговооруженность в целом. Сейчас мы не можем решить те задачи, которые перед нами стоят. А задачи ставим большие.

— О каких задачах идет речь? Приведите примеры.  

— 8 сентября в областном правительстве прошла встреча с делегацией корпорации COFKO, это китайская компания, которая является лидером по поставке продуктов питания не только в Китае, но и в мире. Встреча была проведена для того, чтобы выйти с большими объемами нашей продукции растениеводства на рынок Китая. Я не могу сказать, что сегодня у нас страшно большой дефицит по реализации сельскохозяйственной продукции. С этим есть проблемы, но говорить крестьянину «сей» и не открывать ему каналы сбыта, новые рынки, неправильно.

Кроме этого, у меня лежит телеграмма от министра сельского хозяйства Монголии с приглашением на встречу. Скорее всего, мы отправим к нему ассоциацию элеваторов Новосибирской области, потому что мне как чиновнику вести переговоры, наверное, не совсем этично: бизнес есть бизнес.

Кроме того, 22 сентября этого года будет подписано соглашение между Объединенной зерновой компанией и правительством Новосибирской области, которое касается совместных намерений Красноярского края, нашего региона и ОЗК по строительству грузового терминала во Владивостоке. Мы выступаем в роли партнера, который подтверждает важность строительства этого терминала, а ОЗК на основании наших партнерских соглашений ищет финансовые средства и строит. Я надеюсь, что первые два-три года Новосибирская область будет иметь нулевой тариф по доставке зерна во Владивосток, по этому поводу уже есть предварительные договоренности.

— И все-таки, возвращаясь к вопросу о новых мерах господдержки, какие конкретно ошибки были допущены как на федеральном, так и на региональном уровнях?

— В первую очередь мы должны понимать новую методику выделения средств. Финансовая господдержка в виде субсидии банковской ставки проходит через федеральное казначейство, через так называемые ПОФ (предельные объемы финансирования). Для того чтобы погасить проценты, минсельхоз РФ заказывает определенную сумму в минфине РФ.  Когда эти средства приходят, он точно рассчитывает, сколько кредитов на эту сумму можно выдать. А здесь подошел вал: он ровно эту сумму выдал, а всем остальным 70% пишет: «В связи с отсутствием финансовых средств… отказать». И те опять становятся во вторую очередь.

Нужно было больше доверять регионам  

36_Pronkin_2677Вообще, этот процесс проходил сложно. Потом все более-менее успокоилось. Из 5,5 млрд рублей выданных кредитов более половины являются льготными. Но, к сожалению, самая больная тема — это инвестиционные кредиты. С этим с начала года был скандал. Сейчас количество инвестиционных кредитов не ограничено, но желающих их оформить нет. Во-первых, есть проблема в сроках: осталось три месяца до конца года. Во-вторых, любой кредит предполагает софинансирование 20% из собственных средств, а этих денег нет. И инвестиционный рынок замер.

Я считаю, что было необходимо больше доверять регионам. Нужно было выдавать лимиты, и мы бы здесь более качественно и более быстро довели кредитные ресурсы до наших сельхозпроизводителей с наименьшими потерями на эмоции. 86 субъектов РФ, в Новосибирской области более 3000 хозяйствующих субъектов… Кто же способен документы со всей страны проверить и подписать?

Молочная отрасль

—  Василий Андреевич, «КС» всегда внимательно отслеживал ситуацию на молочном рынке региона, на котором сегодня отмечаются существенные сдвиги, однако проблемы остаются. Ваш заместитель Лариса Яркова еще в начале августа этого года сообщала о том, что в регионе 50% перерабатывающих мощностей не работают. Это действительно так? Будет ли региональный минсельхоз как-то способствовать решению этой проблемы?

— Загруженность наших молочных предприятий действительно составляет от 40 до 80%. Но это не значит, что сегодня мы готовы переработать все наше молоко по тем технологиям, которые есть.

Неслучайно порядка 40% новосибирского молока действительно уезжает за пределы области. Надо понимать, что это объективная ситуация, которая сложилась сегодня. Мы уже полгода всех кормим обещаниями о том, что будет опубликована стратегия развития пищевой и перерабатывающей промышленности. Этот документ действительно рождается не путем «сели, написали, утвердили», мы вовлекли в работу все районы, мэрию Новосибирска, межведомственное взаимодействие  с областными минэкономразвития и минпромторга, от которых получили массу предложений по включению в стратегию новых пунктов. Сегодня можно говорить о том, что некоторые существенные вопросы назрели, прежде всего, либо по реконструкции тех площадей, которые есть и не используются, либо по строительству производственных площадей именно с учетом новых технологий.

Мы не тараканы в банке, чтобы поедать друг друга

Вы, наверное, были свидетелями, как недавно проходила первая пробная презентация проекта по строительству «Сибирской Нивой» сыродельного завода мощностью переработки молока до 600 тонн в сутки. Это прекрасно, если такие проекты будут реализовываться. Я за это.

Это здорово — вкладывать деньги в проект и понимать, какие есть рынки сбыта. Это здорово, что наше же сырье будет перерабатываться здесь, что будут создаваться новые рабочие места, что налоги будут оставаться на территории области. При этом на рынке у завода не будет местных конкурентов, потому что те сорта, которые он будет выпускать, не производятся сегодня новосибирскими предприятиями. Это тот стиль, который должен присутствовать на нашем рынке. Мы не должны пытаться вытолкнуть соседа с этой площадки, мы не тараканы в банке, чтобы поедать друг друга,  мы  в одной стране живем.

Сегодня мы должны максимально сделать так, чтобы освоить либо тот рынок, который занят иностранной продукцией, либо тот, который не занят вообще. Нужно научиться производить не то, что ты хочешь, а то, что нужно рынку. В этом отношении у нас пока еще есть болезнь.

— Но правильно ли я понимаю, что молочная отрасль тогда станет перспективной, когда перерабатывать молоко можно будет на территории региона и в глубоко переработанном виде увозить на дальние расстояния?

— Нет, я думаю, что вы немного ошибочно судите об эффективности молочной отрасли. Рентабельность производства молока в Новосибирской области за последние четыре года колеблется от 32% до 46%. Это очень достойно. Такие показатели трудно найти в других направлениях. Нужно сказать, что в прошлом году рентабельность по зерну немногим превысила 6%. Поэтому молочная промышленность — это сверхдоходная отрасль, но она будет еще доходнее, если молоко будет перерабатываться здесь.

Я же не за то, что крестьяне должны сами у себя перерабатывать. Нельзя объять необъятное. Задача крестьян — удовлетворить потребности предприятий пищевой и перерабатывающей промышленности сырьем для переработки. И вот здесь, когда мы удовлетворяем потребности соседних регионов и создаем там рабочие места, конечно, проблема есть.

— Лариса Яркова также говорила о том, что алтайский молочный рынок в свое время прирос новосибирскими предприятиями, а потому у них сейчас такие высокие темпы в сельском хозяйстве, в том числе, у молокопереработчиков. Можете пояснить, о каких предприятиях идет речь?

— Речь идет о Татарском молочно-консервном комбинате. Алтайские предприниматели строят определенные планы по развитию его мощностей. Кроме того, в Сузунском районе наш завод также принадлежит предпринимателям из Алтайского края.

Я бы не хотел четко проводить черту по границе между областями. В Новосибирске есть и московский, и санкт-петербургский бизнес. Важно, что он здесь есть и что он создает рабочие места. К нам и китайцы приехали для того, чтобы делать совместные предприятия.

— Одной из ключевых проблем местных переработчиков молока является наличие огромного количества фальсификата, так называемого АМЖ (аналог молочного жира). По сути, это говяжий жир. Цена такого продукта гораздо ниже, чем средняя рыночная (к примеру, литр молока с АМЖ можно купить за 26 рублей). Вся беда в том, что российские методики проверки молока не способны обнаружить АМЖ (потому что, в отличие от пальмового масла, он горит в одном спектре с молочным жиром), хотя в Европе молоко с добавлением такого вещества, по словам участников рынка, запрещают скармливать даже свиньям. Какой информацией вы располагаете по этому поводу? Какие  есть пути решения этой проблемы? 

— Это проблема острейшая для страны. Наверное, вы обратили внимание, что одно время в СМИ очень активно муссировался вопрос об электронной сертификации продукции животноводства через программу «Меркурий». Основными ее противниками, как ни странно, явились предприятия пищевой и перерабатывающей промышленности. Почему? Ответа нет. Но подозрения очень большие. Ведь когда сельхозтоваропроизводитель точно знает, что государственный орган контролирует поступление и выход молока, то и вопросы становятся более конкретными. Если к вам поступило 100 тонн молока, то на основании чего от вас вышло 120 тонн?

С 1 января 2018 года электронная сертификация будет введена везде, и все, хочешь не хочешь, будут ее проходить. А копии этой сертификации попадают затем в торговые сети, которые на основании этого и реализуют продукцию. Идет реальная борьба с фальсификатом вот таким цивилизованным способом.

— Предприятия молочной отрасли в каком-то смысле можно понять. Покупательская способность населения падает, и они хоть как-то пытаются обеспечить рентабельность…

— Вообще, мы с вами обсуждаем отрасль, которая очень сильно нуждается в государственной поддержке, по трем причинам. Первая — это сектор, который очень сильно зависит от погоды, а ее не подкупишь. Вторая — это огромная внутренняя конкуренция. Такой конкуренции, как в сельском хозяйстве, нет нигде: в области более 3000 сельхозорганизаций, каждая из которых старается зайти на рынок и что-то продать. Очень непросто где-то ее консолидировать, даже сговор здесь невозможен! И третья — все продукты, выпускаемые сельхозорганизациями, социальны. Когда в последний раз мы обсуждали рост цен на пиджак? На автомобиль? На металл? Как только цена на хлеб на один рубль подскочила,  так поднялась шумиха ужасная! Молоко — шумиха, мясо — то же самое. И сдерживание это происходит за счет крестьян по тем причинам, которые я называл ранее.

36_Pronkin_2753— Вероятно,  Новосибирской области никогда не удастся достичь тех высоких показателей в сельском хозяйстве, которые были десятки лет назад, во времена СССР?

— У каждого поколения свои люди и свои проекты, которые объективны и нужны в определенную эпоху. Мы в свое время, пытаясь сохранить все сельхозпредприятия, может быть, где-то незаслуженно упустили пищевую и перерабатывающую промышленность. У нас очень хорошо развивается промышленность по производству мясных деликатесов и полуфабрикатов. Ведь если посмотреть на мясо, которое вывозится за пределы области, то 56% уходит именно в виде деликатесов и колбас. Это очень хороший показатель. Но при этом мы видим, что часть сырого молока уходит на переработку в соседние регионы.

У нас незаслуженно долго проходит оздоровление отрасли мукомольной промышленности. Однако мы дали определенный толчок, оздоровив за два года «Кирзинский ХПП», «Карасукский элеватор», «Баганский элеватор», сейчас подходит к завершению оздоровление «Тогучинского элеватора».

Обратите внимание на Евсинский комбинат хлебопродуктов, который находится в собственности у агрохолдинга «Сибирский премьер», ведь они вышли уже на то, что 4 тыс. тонн муки отправляют в КНР для того, чтобы там производить макароны, с которыми потом они планируют выйти на китайский рынок с мясом птицы. Андрей Чуркин (соучредитель ООО «Агрохолдинг Сибирский премьер». — «КС») мыслит не тем, что он кормилец, а тем, что нужно подстраиваться под то, что нужно стране-импортеру.

Зерно

— Есть люди, которые считают, что на региональном и федеральном уровнях должны быть приняты какие-то дополнительные меры для стимуляции вывоза зерна за границу. Другие же говорят, что нужно перерабатывать в регионе. Где здесь истина?

— Их две. По долгу своей работы мне удалось пообщаться со многими странами-импортерами, и некоторые из них, как, например, Китай или Турция, ставят вопрос о том, что мукомольные предприятия должны быть у них дома, потому что там свои требования и стандарты.

В рассматриваемом случае тот путь, который выбрал «Сибирский премьер», на мой взгляд, наиболее подходящий. Надо входить на зарубежные рынки, строить совместные предприятия и постепенно обживаться там. Мы не должны, как говорится среди молодых людей, «быковать» друг перед другом. Мы должны подстраиваться под ту ситуацию, которая есть в стране.

Лучше, конечно же, отправлять за рубеж продукцию второго и третьего передела, но для этого нужно быть конкурентоспособным. В качестве положительного примера хочу привести совместный проект Института цитологии и генетики с одной из компаний, которые высадили 30 га картофеля на границе с Алтайским краем в Черепановском районе. Не могу сказать, что этот проект усиленно продвигается, он находится в зачаточном состоянии, но мне приятно, что мы единственные в России получили разрешение службы ветеринарного и фитосанитарного надзора на ввоз семян картофеля в этом году. Задача этого проекта — экспортировать не картофель, а крахмал, который с учетом присутствия на рынке «Сиббиофарма» можно перерабатывать в глюкозу, делая продукцию еще более высокого  передела.

В целом в тех условиях, в которых мы находимся сегодня, палочкой-выручалочкой, на мой взгляд, является экспорт чистого зерна в качестве сырья. Постепенно мы научимся делать большее. Мы же видим, какой прогресс сегодня происходит.

— А какие меры  нужны для стимулирования экспорта зерна?

— Сейчас правительство РФ продумывает вопрос о том, чтобы обнулить железнодорожные тарифы для вывоза зерна. Тариф РЖД, который опять поднялся, очень больно бьет по тем экспортерам, которые находятся в таком положении, как Новосибирская новость. И до Новороссийска далеко, и до Китая не близко, а теперь, когда в качестве каналов сбыта рассматриваются еще и Калининград, и Прибалтика, тариф просто съест всю прибыль.

— Как вы думаете, в какие сроки правительство планирует решить этот вопрос?

— Я думаю, что если мы не реализуем это в ближайшие сроки, то нас ожидает исполнение закона экономики: произойдет перелив капитала. Наступит время покупать  для тех, кто уже не может выживать. Вообще, было бы очень здорово повторить опыт многих стран, когда функцию реализации зерна берет на себя государство. Тогда не было бы шараханья.

Ведь если этот год будет сложным по зерну, то на следующий мы увидим, как  крестьяне шарахнутся в другую сторону и, соответственно, станут сеять меньше  зерновых. Потом наступит дефицит зерна, все опять будут сеять. А если крестьянин стабильно знает, что государство купит у него зерно, а излишки он может продать сам, то он спокойно может выращивать его. Ведь в мире такая схема существует.

— Насколько справляется наша система перевозок с большими объемами зерна? Предыдущие годы губернаторы и Красноярского, и Алтайского края ставили вопрос о нехватке вагонов для перевозки зерна.

— На мой взгляд, она вообще не справляется. В период, когда идет уборка урожая и нам говорят о том, что заявка на вагон должна быть подана за два месяца раньше…  О чем мы говорим? Это что, мы в мае должны на июль заявку подавать? Это как? У нас в памяти те времена, когда заявка реализовывалась в ежедневном режиме. Вот это нормальная и качественная работа. А сейчас я не могу назвать ее качественной. Сегодня нам необходимо, чтобы на территории Новосибирской области было ежедневно движение под погрузкой порядка 120 вагонов. Тогда у нас будет нормальная логистика.

— В Новосибирской области есть проблемы и по хранению овощей и фруктов…

— А у кого есть проблемы по хранению овощей? Если «Сады Гиганта» имеют свои посевные площади картофеля и овощей открытого грунта, то они хранят без вопросов. Если у нас в «Ярковском» хозяйстве в этом году было запущено хранилище на 15 тыс. тонн, то здесь тоже нет никаких проблем. То же самое касается и ордынских фермеров.

Есть проблема по продукции, закупаемой у ЛПХ. Вот эта ситуация самая сложная. И здесь, как бы мы ни упирались, к сожалению, кооперация не выполняет той роли, которую выполняла раньше: она не закупает излишки у населения. Однако эта проблема будет решена. Бизнес вкладывается и в этот сектор. Пример тому: начало строительства ОРЦ компании «Мираторг» в Толмачевском сельсовете.

К сожалению, мы никак не можем достучаться до ума и сердец людей, чтобы они объединялись в сельскохозяйственные потребительные кооперативы. У нас в этом году есть положительный опыт в Сузунском районе — кооператив «Возрождение». Я искренне хочу и буду делать все возможное для того, чтобы он состоялся как пример для всех остальных. Ведь меры господдержки ему оказаны в размере более 20,5 млн рублей.

Не беда, что у меня корова сдохла, обидно, что у соседа живая

Но кооперация — это безраздельное доверие друг другу. А вот это крайне сложно. Неслучайно еще наши предки говорили: не беда, что у меня корова сдохла, обидно, что у соседа живая. Мы не доверяем друг другу. Такое впечатление, что десять соберутся, один обманет, остальные пойдут по миру.

— Какие из ассоциаций предприятий в агрокомплексе вы бы выделили как заслуживающие внимания и находящиеся с вами в диалоге?

— Я бы отметил только одно такое общественное объединение  — Ассоциацию «Новосибирские элеваторы», которую возглавляет Александр Тепляков (генеральный директор НПК. ─ «КС»). Он же стоит и во главе общественного совета при министерстве сельского хозяйства Новосибирской области.

— Есть у вас какие-то пожелания к Заксобранию Новосибирской области, ожидания от него на ближайшие месяцы?

— Могу сказать, что у нас сложились очень хорошие рабочие отношения с профильным комитетом Заксобрания. Приятно, что комитет действительно сформирован из профессионалов, они изнутри знают все проблемы и чаяния сельского хозяйства. Мы находимся в нормальном диалоге и проводим все необходимые мероприятия. Пожелание только одно: чтобы при утверждении бюджета не забыли, что сельское хозяйство нельзя урезать, как и в статье федерального бюджета.

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Подписывайтесь на канал «Континент Сибирь» в Telegram, чтобы первыми узнавать о ключевых событиях в деловых и властных кругах региона. Для корректной работы приложения требуется выключить в настройках in app browser.
 КОММЕНТИРОВАТЬ
 

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ