Банковское кредитование: направления торможения

Каковы «стоп-отрасли» банковского кредитования? Что делать компаниям этих секторов экономики и где им привлекать финансирование? Об этом — в материале «КС».

Российская экономика, в целом достаточно адекватно отвечающая на внешние вызовы, пока менее успешно преодолевает собственное структурное несовершенство. Как навязанные извне, так и неразрешенные внутренние проблемы оказывают значительное влияние на темпы развития — и вряд ли сегодня можно провести границу между окончанием действия одних и начала влияния других факторов. Более разумно проводить анализ и делать выводы на основе объективных цифр и трендов, описывающих взаимосвязанные процессы, — например, уровень реального производства по отраслям в сопоставлении с объемами кредитования. При этом банковская отрасль, демонстрируя снижение или рост финансирования того или иного сектора экономики, не определяет темпы его развития, а реагирует на складывающийся отраслевой бизнес-климат с учетом специфических рисков. Именно секторальные риски вбирают в себя весь негатив как внешних шоков, так и внутренних проблем. «Риски в экономике все еще остаются высокими, банки не стремятся любой ценой форсировать наращивание кредитных портфелей и проявляют очень взвешенный подход при оценке заемщика», — считает заместитель директора по кредитованию малого бизнеса Сибирской региональной дирекции банка «Открытие» Максим Лунев, добавляя, однако, что в 2016 году наметился очевидный позитивный тренд, связанный с ростом деловой активности и, как следствие, с ростом спроса на кредиты для бизнеса. А заместитель директора по корпоративному бизнесу регионального центра «Сибирский» АО «Райффайзенбанк» Илья Шаталов не замечает в Сибири и на Дальнем Востоке значительных изменений кредитного портфеля — возможно, потому что основную часть портфеля составляют компании природоресурсных отраслей и торгово-производственные предприятия, ориентированные на локальное потребление.

Это наглядно демонстрирует сопоставление данных Банка России с информацией Росстата, показывающих реакцию банковского сообщества на способность той или иной отрасли отечественной экономики к генерации конечного продукта. Как и следовало ожидать, производства, показавшие отрицательную динамику в 2016 году, пользовались наименьшим интересом у банкиров — так, инвестиции в строительную отрасль, снизившую свои объемы на 4,3%, за два последних года уменьшились более чем на треть. На примере отраслевой структуры кредитного портфеля своего банка Илья Шаталов считает, что действительно можно говорить о некотором снижении доли в сфере строительства и проектов, связанных с коммерческой недвижимостью.

Подтверждая тот факт, что отраслевая принадлежность компании-заемщика относится к числу факторов, которые оказывают влияние на принятие банком решения о предоставлении кредита, Максим Лунев расширяет перечень отраслей, рисковых с точки зрения банковского кредитования. По мнению банкира, наибольшие риски дефолта концентрируются сейчас в таких отраслях, как строительство, животноводство, рыболовство, растениеводство и т. п., грузо- и пассажирские перевозки с малым количеством транспортных единиц в собственности, а также патентные виды деятельности.

В отношении ряда отраслей топ-менеджеры различных банков высказывают схожие мнения — в основном это касается строительного направления и компаний, занятых реализацией объектов недвижимости. Однако есть различия — так, директор по работе с корпоративными клиентами Сибирского филиала Росбанка Леонид Навицкий, соглашаясь с коллегами в отношении к девелоперам, выделяет и другие специфические отрасли, с которыми банки предельно аккуратны в части предоставления финансирования — например, автодилеры или компании сектора non-food retail, подверженные валютному риску, так как импортировали много продукции из-за рубежа. В то же время банкир видит, что происходит переориентация банков на те отрасли, которые успешно развиваются, — например, на сельское хозяйство.

Руководитель службы малого бизнеса розничного филиала банка ВТБ в Новосибирске Ирина Степанова наблюдает ситуацию с финансированием различных сегментов рынка с позиций кредитной организации, продолжающей развивать работу с юридическими лицами в сегменте малого бизнеса. По ее наблюдениям, сегодня в Новосибирске все меньше становится заказов на строительно-монтажные работы, грузоперевозки. «Спад спроса порождает высокие риски в указанных сегментах экономики», — заключает топ-менеджер, озвучивая далее собственный перечень так называемых «стоп-отраслей» банковского кредитования, в который входят организации, связанные со строительством, оптовой торговлей ГСМ, торговлей автомобилями. По мнению руководителя службы малого бизнеса, сегодня такие предприятия практически не формируют депозитные остатки, предпочитая всю прибыль направлять на поддержание стабильного существования, в силу того, что задача такого бизнеса сегодня — сохранить долю рынка и за счет ухода более слабых конкурентов нарастить ее.

«Наличие отраслевых стоп-листов — стандартная банковская практика, особенно в периоды турбулентности в экономике», — уверен Максим Лунев. Он считает основной причиной вводимых ограничений по отраслевому признаку высокие кредитные риски, в частности, большая концентрация деятельности на одном или двух контрагентах, непредсказуемость природных явлений (в бизнесе сельхознаправления), высокие административные (политические) риски и другие.

В то же время Илья Шаталов придерживается мнения, что риски концентрируются не в «стоп-отраслях», а в конкретных компаниях, причина дефолтов которых, как правило, неполная адекватность финансовой политики и амбиций собственника в сложившейся рыночной конъюнктуре состоянию его собственной компании. «Причины проблем надо искать внутри компаний, а не вовне. Если собственник одновременно активно реализует инвестпрограмму, наращивает операционные издержки и выплачивает себе дивиденды — и все это за счет роста портфеля, то кого винить в неплатежеспособности компании по кредитам?» — задает банкир риторический вопрос. Близок к этой позиции и Леонид Навицкий, несмотря на заявленные выше «специфические отрасли». Тем не менее как таковых стоп-листов нет, уверяет банкир, продолжая, что «крупные кредитные организации индивидуально рассматривают заявки компаний из разных секторов экономики».

В целом отрасли с повышенным кредитным риском, отмеченные новосибирскими банкирами, соответствуют отраслевой структуре общероссийского кредитного портфеля в части снижения объемов финансирования. Как и на федеральном, так и на сибирском уровне выделяются основные стагнирующие экономические секторы — строительство, оптовая и розничная торговля непродовольственными изделиями. Однако не стоит забывать, что стагнация вполне может быть переходным периодом от рецессии к росту производства.

Надежду на это дает продолжающееся, хотя и с сокращением объемов, финансирование бизнеса в отраслях, показывающих спад производства товаров и услуг. Не исключено, что более жесткий подход банкиров к кредитованию клиентов из этих экономических секторов позволит в конечном итоге самим клиентам лучше разобраться в бизнес-модели своих компаний, выявить слабые места и наиболее рисковые участки. «Шанс получить кредит у отдельных предприятий, безусловно, есть, и они повышаются вместе с подъемом рыночной конъюнктуры спроса и экономики в целом», — в этом уверена Ирина Степанова. Ее поддерживает Илья Шаталов, который напоминает, что дело не в так называемых «стоп-отраслях», а в головах собственников и финансового менеджмента.

О возможности получения банковского финансирования даже в современных непростых экономических условиях говорит и Максим Лунев, уверяя, что вероятность рассмотрения заявки на кредит существует всегда. «Условия сделки мы обсуждаем индивидуально, и в соответствии с кредитной политикой банка учитываются профиль бизнеса клиента, структура сделки, качество управленческой отчетности, финансовое состояние заемщика и т. д.», — раскрывает технологию рассмотрения кредитных заявок заместитель директора по кредитованию малого бизнеса. Банкир особо обращает внимание на главное — понимание, за счет чего будут нивелироваться те или иные риски (диверсификация бизнеса, расширение пула контрагентов, наличие и достаточность твердого высоколиквидного залога, поручительство и т. д.).

А Илья Шаталов не сомневается, что компании отраслей с повышенным кредитным риском, в частности, в Сибири и на Дальнем Востоке, имеют несколько сценариев развития событий и источники финансирования под каждый из них. «Бывает и так, что «распечатываются» внутренние источники, которые акционер приберегал на случай форс-мажорных обстоятельств», — приводит пример топ-менеджер банка.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Ирина Степанова, руководитель службы малого бизнеса розничного филиала банка ВТБ в Новосибирске:

— По статистике, только 15% клиентов из сегмента малого бизнеса пользуются кредитами или планируют их получить в обозримой перспективе. А 85% предпринимателей опираются исключительно на собственные силы — так что далеко не все предприниматели обращаются за кредитами. Однако если бизнес динамично развивается, на его продукты или сервисы есть устойчивый спрос, то в таком случае для клиента и банка кредитная составляющая может стать обоюдовыгодной.

Евгений Козеренко, руководитель корпоративного блока Промсвязьбанка:

— Спрос на финансовые продукты сейчас в большей части формируют экспортеры. Есть ряд отраслей, у которых пока нет спроса на кредитные ресурсы — компании этих отраслей стали меньше вкладываться в новые проекты, инвестиции. Из-за общего спада спроса хуже в целом стал ощущать себя сектор торговли, сфера строительства еще на пути к восстановлению. Рынок аренды торговой и офисной недвижимости в затруднительном положении. Падение продаж авто продолжается, что сказывается на состоянии автодилеров — этот рынок переживает не лучшие времена. Так что пока драйверов роста нет.

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Подписывайтесь на канал «Континент Сибирь» в Telegram, чтобы первыми узнавать о ключевых событиях в деловых и властных кругах региона. Для корректной работы приложения требуется выключить в настройках in app browser.
 КОММЕНТИРОВАТЬ
 

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ