Андрей Шишковский: «Время «быстрых денег» на рынке закончилось»

Год назад «МегаФон» сменил руководство сибирского филиала — его новым главой стал АНДРЕЙ ШИШКОВСКИЙ, до этого занимавший должность финансового директора представительства на Урале, а еще ранее работавший в «МегаФон-Таджикистан». В интервью «КС» он рассказал, что изменилось в работе филиала за год, каковы приоритеты его развития и как смотрится Сибирь в сравнении с другими регионами России.

— Андрей Юрьевич, как вы можете охарактеризовать первый год своей работы в Новосибирске?

— Я принял филиал в очень хорошем состоянии, но кое-какие изменения в структуре мы все же реализовали. Новосибирск занимает очень весомую долю в структуре нашего бизнеса в Сибири, поэтому мы приняли решение выделить его в самостоятельную бизнес-единицу и создать Новосибирское отделение. Даже если отдельно посмотреть хотя бы на весь рынок корпоративного бизнеса, его емкость в Сибири составляет порядка 5,5 млрд рублей в год. Из них на Новосибирск приходится 25%.

Поскольку мы, как и весь остальной бизнес, являемся частью российской экономики, все ее макроэкономические процессы оказывают на нас непосредственное влияние.

Тем не менее на фоне всех внешних сложностей этот год в сибирском филиале однозначно прошел успешно. Мы сохранили темпы роста, доля «МегаФона» на рынке растет, и не в последнюю очередь за счет корпоративного сегмента. Но главное, нам удается сохранять уровень инвестиций в качество связи, и это, на мой взгляд, является ключевым условием для дальнейшего роста. Проявляется это в том числе в новых технологиях — например, в запуске технологии LTE-Advanced.

— По данным аналитического агентства J`Son & Partners, доля «МегаФона» на рынке Сибири и непосредственно Новосибирской области по показателю абонентской базы за последние годы растет. Какие факторы вы считаете ключевыми с точки зрения обеспечения этого роста?

— Для этого стоит вспомнить 2008–2009 годы. Тогда, несмотря на кризис, «МегаФон» принял стратегически верное решение инвестировать в новый рынок — мобильную передачу данных, и не прогадал. Для этого требовалось не только построить сеть базовых станций стандарта 3G, но и связать их оптоволоконными линиями связи, которых на тот момент у «МегаФона» было немного. Построенная тогда магистральная инфраструктура обеспечила работу не только сети 3G, но и запущенной позднее технологии LTE. Поэтому, когда стал резко расти спрос на мобильный Интернет, выстроенная инфраструктура соответствовала и по скорости, и по покрытию. Дело оставалось за малым — обеспечить грамотные маркетинг и продажи.

— Можно ли говорить о ярко выраженной региональной специфике Сибири для «МегаФона»?

— Сибирь — регион с суровым климатом и большими расстояниями. Это не может не отражаться на работе «МегаФона», заставляет внимательнее планировать работу всех функций. Например, два года назад мы начали строительство проекта «Нефтегаз» — нашего телекоммуникационного кластера в районе северных месторождений Томской области, приходилось возводить вышки связи в болоте в прямом смысле этого слова.

Перевозить материалы и оборудование в эти места можно только в период работы «зимников» — с наступлением весны и до следующей зимы дорог как таковых там нет. Только представьте, что если ты не доставишь на объект оборудование в марте, то следующий шанс будет только через восемь месяцев.

— «МегаФон» давно активно инвестирует средства в развитие сетей 4G. Вы по-прежнему придерживаетесь этого курса?

— Технология 4G является основной причиной того, что каждые два года мобильный трафик российских абонентов мобильной связи удваивается. Поэтому основные инвестиции «МегаФона» приходятся именно на сеть передачи данных: строительство новых площадок, расширение существующих базовых станций, прокладку оптоволоконные каналов связи. Абонент всегда хочет получать стабильный продукт, и если на его планшете скорость упадет с 10 до 5 Мбит/с, его не будут интересовать, произошло это из-за возросшей нагрузки на сеть или по какой-то другой причине.

Еще одно направление инвестиций, без которого невозможен дальнейший рост, — это традиционная голосовая связь. Несмотря на бум мобильного Интернета, эти услуги тоже демонстрируют рост, хотя и не такой высокий как раньше. Например, запуск большого числа крупных ТЦ требует строительства в них отдельных indoor-фрагментов сети, потому что из-за сложной архитектуры зданий внешняя макросеть не обеспечивает должного уровня сигнала внутри.

Если говорить в целом об инвестициях в сеть, то «МегаФон» ежегодно инвестирует около 20% своей выручки. В прошлом году по всей стране мы вложили в развитие порядка 70 млрд рублей, в этом — около 68 млрд рублей. В следующем году предполагается инвестировать сопоставимые суммы.

— Какие услуги, кроме связи и передачи данных, по вашему мнению, стали главным драйвером роста в B2B- и B2C-сегментах на рынке мобильной связи?

— Хотелось бы сразу отметить одну важную перемену в B2B-сегменте. Изменилось само понятие «корпоративной связи». Раньше она считалась своеобразным соцпакетом наряду с ДМС и фитнесом — бесплатным бонусом для сотрудника. И когда восемь лет назад экономику залихорадило, бизнес стал сокращать расходы — соцпакеты попали «под нож» одними из первых. Выручка от услуг B2B тогда хорошо просела.

Почему этого не случилось сейчас? Современные услуги для корпоративных заказчиков — это не SIM-карта в телефоне и даже не классические голосовые сервисы, а гибридные ИТ-решения, тесно интегрированные в повседневные бизнес-процессы клиентов. Современного бизнес-клиента интересуют такие решения, как M2M, скоринг, аналитика, контроль транспорта и кадров, BigData и даже мобильная реклама. Именно по этой причине B2B-сегмент в 2016 году вырос на 35%, что намного больше, чем показал рынок услуг для частных пользователей.

Если посмотреть на масс-маркет, то здесь дополнительные услуги играют несколько иную роль, их основная задача — удержание абонента и повышение его лояльности.

Задача очень важная и непростая в силу того, что проникновение мобильной связи превысило 170%, «свободных» клиентов на рынке больше нет, и привлечение каждого нового пользователя стоит несопоставимо дорого. Когда рынок рос, это были 2005–2010 годы, действовал простой принцип: кто первый поставил базовую станцию, тот забирал крупных абонентов и основную выручку. Особенно наглядно это проявлялось в небольших городах и поселках. Сегодня принцип «быстрых денег» на рынке больше не работает — мы должны ставить новую базовую станцию, чтобы увеличить емкость уже существующей сети, обслуживать наших же абонентов. Поэтому всем игрокам рынка необходимо концентрироваться на уже имеющейся клиентской базе и делать все, чтобы абоненты как можно дольше оставались именно в твоей сети. Один из подходов — это включение в абонентскую плату за тариф бесплатных дополнительных бонусов, повышающих лояльность пользователя к своему оператору, таких как банковская карта, мобильное ТВ или возможность бесплатно определять местоположение других членов семьи.

— На какую группу B2B абонентов, вы считаете, имеет смысл делать ставку в первую очередь (размер, направление деятельности, предпочитаемый тип сотрудничества)?

— B2b-сегмент очень неоднороден, как по направлениям, так и по размерам бизнеса, поэтому вряд ли нужно здесь искать себе «любимчиков» и сосредотачиваться на каком-то одном из них. Важно продвигать продукты во всех сегментах — и небольшим компаниям, и крупным корпорациям. Диверсификация услуг в современных условиях — лучшая страховка. Могу сказать, что крупным заказчикам интересны решения, которые с учетом их масштаба помогают оптимизировать или экономить операционные расходы.

В первую очередь это M2M-решения, собирающие информацию с различных технологических датчиков, VPN-сети. Для малого и среднего бизнеса в основном востребованы решения, которые помогают привлекать и удерживать клиента, — это SMS-рассылки, мобильные АТС и т. п.

— Как по вашим наблюдениям меняется поведение и запросы абонентов в условиях экономического спада?

— Как показывают данные Росстата, домохозяйство в среднем тратит на связь около 1% своих доходов. Это та самая комфортная сумма, которую клиент считает небольшой и будет готов заплатить ее и сегодня, и завтра. Поэтому с точки зрения поведения наших клиентов мы не видим никаких изменений. Совсем другое дело, что за эти деньги клиент с каждым годом получает все больше услуг.

Что касается запросов пользователей, то большую роль сыграл рост проникновения смартфонов. Смартфон — это устройство, которое фактически не работает без Интернета и которому нужен доступ в сеть в режиме 24/7. Вместе с ростом проникновения «умных» устройств (а в 2016 году число смартфонов на сети впервые превысило количество обычных телефонов) неизбежно увеличивается и потребление трафика — более чем на 25% в год. Если год назад на одного клиента «МегаФона» приходилось три гигабайта в месяц, то сейчас уже четыре.

— По мере того как передача данных выходит в списке мобильных услуг на первое место, разница между «проводными» и «беспроводными» операторами постепенно уменьшается — насколько перспективной, на ваш взгляд, может быть их взаимная интеграция? Довольны ли вы партнерством с «ЭР-телекомом»? В чем, по вашему мнению, следует налаживать сотрудничество в первую очередь? Как далеко подобная интеграция сможет зайти?

— Рынок мобильной связи в России фактически достиг стадии насыщения. Каждый новый подключаемый абонент не приносит столько же выручки, как это было раньше. К примеру, в 2014 году рынок прибавил около 30 млрд, или 4%, а в прошлом году — только 0,2%. Именно поэтому сегодня операторы должны изменить свою бизнес-модель, и в первую очередь заниматься не привлечением новых абонентов любой ценой, а сохранением лояльности уже существующей клиентской базы.

Как показал европейский опыт, абоненты, использующие конвергентные продукты — и мобильную связь, и проводной домашний Интернет от одной компании, — показывают средний срок жизни в сети на 50% больше по сравнению с обычными пользователями.

Способы формирования такого конвергентного продукта могут быть разными: покупка оператора, взаимная интеграция — но все это требует больших вложений. Мы выбрали вариант партнерства: изначально проект стартовал в Сибири, а теперь в нем участвуют 30 регионов России.

— Как вы оцениваете перспективы внедрения стандарта 5G? Планирует ли «МегаФон» активно строить базовые станции в этом стандарте?

— На самом деле стандарта 5G в «рабочем» варианте на сегодня пока еще не существует. Он принят в качестве так называемого драфт-релиза и находится в стадии исследований и экспериментов, в которых «МегаФон» принимает самое активное участие. В этом году мы уже протестировали опытный фрагмент сети 5G, где на текущем этапе развития технологий скорость достигает 5 Гбит/с. Но пока это скорее эксперименты, до реально действующих сетей еще далеко — не менее 2–3 лет. Что это будет и в каком варианте сеть 5G будет больше всего востребована, подскажет сам рынок и запросы российских пользователей.

Подписывайтесь на канал «Континент Сибирь» в Telegram, чтобы первыми узнавать о ключевых событиях в деловых и властных кругах региона. Для корректной работы приложения требуется выключить в настройках in app browser.
 КОММЕНТИРОВАТЬ
 
 
Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ